Поиск

Биография

Политическая деятельность

ОИО №52

Депутатские обращения

ВААП

Благотворительность

Архив материалов

Публикации в СМИ

Игорь Шкиря. Открытый разговор с прессой

27 марта 2011 года

Игорь Шкиря. Открытый разговор с прессой

25 марта в ходе своего рабочего визита в г. Горловку (Донецкая область) народный депутат Игорь Шкиря провел встречу-знакомство с представителями ведущих средств массовой информации и общественными деятелями города. В ходе более часовой встречи Игорь Шкиря откровенно ответил на все вопросы присутствующих.

Владимир Мамчур, гл. редактор газеты «Время»: Игорь Николаевич, Вы фактически наш земляк. Ведь Горловка и Дзержинск, откуда Вы родом, очень близки. Поэтому в первую очередь всем нам будет интересно, чтобы Вы рассказали о себе, вернулись в прошлое, к истокам, как Вы из провинциального Дзержинска пришли в политику. Видите, как получается: из провинциального Енакиево вышел наш Президент, Горловка тоже представлена народными депутатами и достаточно известными людьми Украины, Вы – из Дзержинска. То есть наш шахтерский уголок Донбасса – своеобразная кузница кадров…

Игорь Шкиря: Я ближе к Горловке даже более, чем вы думаете. Ведь я родом не из самого Дзержинска, а из поселка Новгородское, станция Фенольная (пос. Новгородское входит в состав административной территории Большого Дзержинска, - ред.). Раньше поселок был разделен на два села: одно называлось Нью-Йорк, а второе (расположенное ближе к Горловке) – Железное. Так вот от села Озеряновка до начала нынешнего Новгородского (ранее – село Железное) максимум 5 км, а то и меньше.

Родственники по отцовской линии – все местные жители в течение многих поколений. По материнской – приехали из Пензенской области и основались в селе Железное. Моя бабушка рассказывала, что в их семье было более десяти человек, преимущественно девчонки. И она вспоминала, что в село приходили женихи преимущественно из Горловки. И так получилось, что, по-моему, 4 или 5 сестер бабушки вышли замуж за горловчан. Поэтому в Горловке у меня тоже много родственников.

Родился я в самой обычной семье. Отец – мастер на машиностроительном заводе. Мать сначала работала научным сотрудников на Новгородской научной противоэрозионной станции, затем она переквалифицировалась в экономиста. В 14 лет, когда окончил 8 классов, надо было решать: оставаться в школе или идти получать специальное образование. Большинство моих друзей пошли учиться в Дзержинский горный техникум, и я тоже пошел с ними. Закончил техникум с красным дипломом. Работал на шахте им. Артема. В те времена выпускников техникумов с красными дипломами принимали в вузы без экзаменов. Поэтому в 1984 году я поступил в Донецкий политехнический институт на специальность «горная электромеханика», через 2 месяца меня призвали в армию (тогда призывали вне зависимости, являешься ты студентом или нет). Служил в группе советских войск в Германии. Кому-то достается служба где-то при штабах, я же прошел настоящею «школу армии»: полигоны, работал потом водителем… По возвращению из армии я продолжил обучение в институте, женился, родился сын.

И к концу учебы (это был период 89-90-й годов, характеризующиеся Перестройкой, зарождением предпринимательства) я встал перед выбором – пойти на шахту или попытаться заняться предпринимательством. Я понимал, что на шахту будет очень трудно пробиться, так как в те времена без «волосатой» руки ты был фактически никем. Терять было нечего, поэтому с несколькими своими друзьями я решил попытать счастья в бизнесе. Мы организовали малое предприятие, этот опыт был не очень удачным. С одной стороны, неожиданно заработали большие деньги, например, за полгода сумма составляла стоимость девятой модели «Жигули». А с другой стороны, не было опыта, понимания экономических процессов, поэтому мы тут же попали под 90-процентное налоговое обложение прибыли. Сейчас все критикуют нынешний Налоговый кодекс, а в те годы законом о малых предприятиях предусматривался налог на прибыль в 50% для производителей, и 90%, если ты занимаешься посреднической деятельностью. И с первых наших заработков у нас практически все забрали. Но этот опыт оказался тоже в какой-то степени положительным, так как появилось желание что-то самим создавать, созидать. 

В эти годы у моей молодой семьи, конечно, не было своего жилья в Донецке. Мы снимали «квартиру». Кто ориентируется в Донецке, тот поймет, какого рода это было «жилье». Район Донецкого металлургического завода, улица Постышева, сейчас здесь трамвайное кольцо (маршруты 9 и 10, - ред.) – тогда здесь были сплошные халупы, землянки. Вот в последнем дворе ближе к трамвайному кольцу мы снимали свою первую квартиру.

Тот период хаоса был хорош свободой выбора. В те годы казалось, что любые начинания могли бы реализоваться. Все рыночные ниши были пустые, мозги правильно прикладывай – и все получится. Открыли новое предприятие в 1991 году. Вроде получилось. Но сразу попали под прессинг. Это уже было начало «лихих 90-х»: «бригады», спортсмены с битами, бандитские группировки, беспредел милиции и прокуратуры. У нас опыта работы в таких именно условиях не было, защитить было некому. Сами пытались решить проблемы, набивая шишки. То есть прошли хорошую школу выживания в бизнесе. Но вроде бы устояли – предприятие работало, был стабильный коллектив.

И в 1995 году ко мне пришли представители Либеральной партии (тогда еще в ней не было Владимира Щербаня). Вероятно, у них велась работа по поиску молодых перспективных людей. В итоге, предложили подключиться к партийной работе. Я сначала не понимал, зачем мне это нужно. Было много своих бизнес-забот, проблем, то есть как-то не до политики было. Ну, а человек от партии мне сказал, что зайдет еще через пару месяцев. А тут начались очередные еще более жесткие проблемы с бизнесом, кто занимался предпринимательством в те времена, тот понимает силу «наездов» и давления того периода. Кто помнит, начало 90-х годов – это были перестрелки просто на улицах, в Донецке практически ежедневно убивали бизнесменов, криминалитет (это были и внутри криминальные разборки, возможно, и власть приложила к этому руки). И я пришел к выводу, что что-то в этой жизни нужно менять. Что такая ситуация не должна продолжаться. Поэтому я принял решение приобщиться к политике. Сначала спокойно, потом немного «заразился» этим процессом и стал активнее.

На местных выборах в 1994 году Владимира Щербаня, который уже был в партии, первый раз выбрали председателем Донецкого областного совета, тогда эта должность называлась губернаторством. На тех выборах я даже не думал о депутатстве. А вот через два года, я стал интересоваться этим. Приехал как-то на родину в Дзержинск и спросил: а кто от нашего города является депутатом в Верховной Раде? И мне сказали: никого. И тогда у меня зародилась первая мысль представлять свой город на всеукраинском уровне. В 1996 году сложилась ситуация, когда в Донецкий городской совет (за два года до окончания каденции действующего депкорпуса) по двум районам (Пролетарскому и Куйбышевскому) шли довыборы депутатов. И мне предложили избираться по Пролетарскому району, а Андрею Клюеву – по Куйбышевскому. Тогда проголосовало около 80% избирателей, но мы провели просто колоссальную избирательную работу. Избирались честно. В итоге, я два года был депутатом горсовета. 

И тогда я начал задумываться непосредственно о Верховной Раде, начал скрупулезно заниматься родным Дзержинском. Но я был молод, а конкуренция на выборах была серьезная. Но, ввиду юношеского максимализма, я был уверен, что у всех выиграю. В 1997 году за полгода до начала выборов в Верховную Раду парламент голосует за смешанную систему выборов (ранее действовала мажоритарная система выборов, теперь к ней добавлялось выдвижение по партийным спискам, – ред.). И это был шок. Смотрите, у меня должен был быть один город Дзержинск, а смешанная система предполагала расширение округа за счет других городов. Кроме Дзержинска округ включал города Селидово и Новогродовку и Красноармейский район. Дзержинск в этом округе занимает 30%, а до выборов остается всего несколько месяцев. Поэтому вынуждены были в быстром темпе создавать в новых городах и районе избирательные структуры. Я вложил много сил в эту работу – провел 300 встреч с избирателями, я не знаю, побил на сегодняшний день кто-то этот рекорд? Мы посчитали, что порядка 15-20 тысяч избирателей непосредственно присутствовали на встречах. Тогда еще сильна была Коммунистическая партия, и мой первый конкурент по округу был коммунист Николай Кравченко. Он в то время возглавлял «Укрогнеупор» (Ассоциация огнеупорных предприятий Украины, – ред.) – это была очень серьезная в Донецке компания. Еще одним конкурентом был Владислав Теличко – молодой парень, мой одногодка (1965 г.р., – ред.), заместитель председателя областной администрации, присланный из Киева. В итоге, я сил потратил много, денег потратил тоже много, выборы проиграл. Проиграл коммунисту. Кравченко набрал, насколько я помню, около 30%, я на 5% меньше. А вот 10% получил замглавы облгосадминистрации Теличко – это те голоса, которые он оторвал у меня. После выборов было разочарование, «жизнь не удалась», бизнес начал разваливаться, в 1998 году нахлынул кризис. В течение полугода я находился в депрессии. Я перестал думать о политике и выборах, тогда нужно было хотя бы бизнес спасти, собрать новый коллектив (так как предыдущий в период выборов просто разбежался). 

В 2000 году меня пригласил на встречу Виктор Янукович (тогда был губернатором Донецкой области и лидером уже созданной Партии регионов, – ред.) и предложил прийти к ним работать вместе. В 2001 году я уже активно работал в областном штабе «За единую Украину» (политический блок, к которому в 2002 году присоединилась ПР, – ред.). Во время предвыборной кампании я не думал о мандате народного депутата. За 2 месяца до дня голосования мы провели штабом соцопрос, и оказалось, что по Селидовскому избирательному округу некого и выставлять, так как предварительный кандидат оказывался в ауте. И тогда Борис Колесников, с которым я дружен долгие годы, и Андрей Клюев пришли к Виктору Януковичу и сказали: нужно Шкирю выставлять по Селидовскому округу, иначе мы округ просто потеряем. И буквально за 2 месяца до голосования меня прямо со штаба отправляют на округ. В 2002 году было намного легче, потому что была 100%-я узнаваемость. При этом люди, проголосовавшие в 1997 году за коммуниста Кравченко, увидели, что после избрания новообранный депутат помахал им ручкой, уехал в Киев и забыл об округе. И в 2002 году я уверенно набрал 46% (за Кравченко проголосовали почти на 40 тысяч избирателей меньше, – ред.).

Вот так я попал в парламент. А дальше вы все помните – Оранжевая революция, послереволюционные события, когда вокруг Виктора Януковича оставалось не так много соратников, часто приходилось участвовать в разнообразных баталиях, митингах. Потом 2006 год, 2007-й. За весь этот период округ менялся много раз – и Селидово в него входил, и Димитрово, и Доброполье. Последний раз на президентских выборах 2010 года оказалось, что Дзержинск соединили с Дебальцево и Калининским районом Горловки.

А теперь переходим к новейшей истории. На последних местных выборах-2010 у меня было мнение, что на предыдущего мэра Горловки Ивана Сахарчука ставку делать нельзя. Но партия решила выдвигать эту кандидатуру. После выборов и победы не нашего кандидата Евгения Клепа, у меня была с ним дискуссия, что если бы мы выдвинули иную кандидатуру от ПР, то он вряд ли выиграл. Евгений мне прямо заявил, что он бы выиграл у любого. Такая уверенность похвальна, молодец, что он уверен в своей победе. Я все же остаюсь при своем мнении. Сегодня мы должны жить нынешними реалиями – народ выбрал Евгения Клепа. Нравится это кому-то или нет, но это факт, и надо некоторым забыть про обиды, разочарования, нужно жить реалиями. Более того, нормальный парень, молодой, со здравым мышлением. Но посмотрим, потому что испытания водой, огнем и медными трубами никто не отменял. И это нужно пройти в таком молодом возрасте (в августе 2011 года Евгению Клепу исполняется 30 лет, – ред.). Я сам был молодым бизнесменом, и в малиновом пиджаке ходил – это все нужно было пройти. Но сегодня есть нормальные перспективы взаимоотношений.

И сегодня есть мэр, есть депутатский корпус. Опять же, возможно, у горожан есть претензии к списку депутатского корпуса, так как при его формировании можно было пойти разными путями. Будем надеяться, что депутаты, которые прошли по партийным спискам, плюс однозначно победившие в трудной борьбе депутаты-мажоритарщики, разделят с нами, народными депутатами, и осознают ответственность перед избирателями. Мы должны честно друг другу сказать, что чтобы не происходило с рейтингами, популярностью – ответственность у нас и депутатов на местах (районных, городских, областного советов) одинаковая, мы все друг за друга отвечаем.

Я сегодня кровно заинтересован в том, чтобы город развивался. Не только потому, что я являюсь депутатом- куратором от Партии регионов города, не только потому, что я являюсь заместителем председателя Центральной контрольной комиссии партии, которая контролирует деятельность своих депутатов, партийцев, функционеров. Прежде всего, я заинтересован в развитии города как земляк. Вот говорилось, что из Горловки вышло много известных людей. Не спорю. А многими ли сегодня город представлен в государственной власти? Вероятно, в этом и была главная ошибка прошлого мэра, что он не смог объединить элиту и выдвинуть авторитетных представителей города, которые бы заняли ключевые места во власти на уровне Донецка и Киева. А это немаловажно. Потому что идеально для избирателя, когда он видит сплоченность, монолитность партии. И когда в парламенте, а после – в правительстве, город представляет большее число народных избранников, это большой плюс. Ведь тогда город имеет больше голосов (на уровне Киева, Донецкой области) в отстаивании вопроса распределения государственных субвенций. И в этом условии Горловке в какой-то мере повезло, так как город разделен на два округа, а значит, есть больше возможностей представительства во власти. Поэтому формирование городской элиты – это немаловажный вопрос. Горловчане живут в городе, они по этим дорогам ездят, этим воздухом дышат, эту воду пьют. Есть общегосударственные, а есть региональные, городские проблемы, и каждый представитель во власти из конкретного региона должен быть заинтересован в решении проблем именно его города.

Владимир Веселкин, представитель общественной организации: По Вашему мнению, какая избирательная система выборов в парламент наиболее эффективна – мажоритарная, по партийным спискам или смешанная?

Игорь Шкиря: В 2004 году парламент проголосовал за изменения в Конституцию, за политреформу. При этом закон о выборах был в скобках. На самом деле, как мы сейчас осознаем, главной целью политреформы был Кучма, который уходя хотел себя обезопасить, не оставить полноту власти и полномочий Ющенко или Януковичу. Кучма был все равно за себя. Внешне, может, и симпатизировал Виктору Януковичу больше, но был все равно за себя. Поэтому тогда вносились основные изменения относительно коалиции, функций Кабмина, а закон о выборах был лишь составной частью. Специально законопроект о выборах ввели в пакет политреформы, чтобы депутаты никуда не делись и за него проголосовали.

Я лично был против 100%-й партийной системы. Ведь, с одной стороны, если выбирать депутатов по мажоритарной системе, сразу возникают разговоры: побеждает тот, у кого денег много и кто сможет лучше оплатить свою избирательную кампанию. С другой стороны, давайте посмотрим на созывы 2006-го и 2007-го годов – много ли депутатов занимаются регионами? Есть такие города, которые в глаза не видели своих народных депутатов: не то что избиратели, но даже и мэры. И глава города не знает к кому с насущными проблемами обратиться, никому ничего не нужно. Эта проблема едина для всех политических сил. Потому что, если депутата избирают только по списку, то он зависит исключительно от голосования на съезде партии и по большому счету от руководства, которое составляет список. Когда депутата избирают по мажоритарному принципу, он зависит от своих избирателей, но тогда идут обвинения в объемах финансирования и личностного достатка кандидата. С моей точки зрения, должна быть средняя система. Партийная система развиваться должна, вспомните, когда была только мажоритарная, все пеняли, что никто не отвечает за обещания перед избирателями – кто-то уходит в премьеры, кто-то в министры, обещают одно, делают другое, и спроса ни с кого нет. Сегодня такой спрос есть – с партии. Партия сработала плохо, за нее мало отдали голосов на выборах. Но депутат-мажоритарщик контактирует с городом, думает о следующих выборах, и что о нем скажут потом избиратели. Наверное, в будущем, можно будет перейти на 100% партийное голосование, но сегодня жизнь показала – это пока не самый эффективный вариант. Поэтому 50 на 50.

Владимир Ющенко, представитель общественной организации: Как Вы относитесь к единому партийному голосованию в парламенте? Когда кто-то один поднял руку, и остальные голосуют по этой команде.

Игорь Шкиря: Может показаться, что такой принцип голосования не выражает абсолютный принцип демократии. Но нужно разделять и уровень голосуемых вопросов. Есть голосования принципиальные. Например, мы находимся в оппозиции, приходит прокурор к какому-то депутату Иванову и говорит: хочешь проблем? (а проблемы можно придумать любому), не хочешь – надо за бюджет (или за принципиальный для нашей политсилы и избирателей закон) проголосовать как Тимошенко скажет. И тогда принимается решение голосовать едино, отстаивая мнение партии. А бывают ситуации, судя из опыта иных партий, когда это становится давлением. Но, наверное, это и есть наработка политического опыта. Давайте говорить правду: мы не 100% демократическая страна, до 90-го года мы вообще не знали принципов истинной демократии. И все, что мы делаем, это своего рода изобретение велосипеда. У нас в политике то крайность правая, то крайность левая. Наверное, и это когда-то пройдет.

Еще момент, почему происходит такое голосование. Депутатов не зря ругают, что они не все ходят на работу. Но понятие «на работу» довольно условное. Вот я, например, сейчас беседую с вами в Горловке, то есть занимаюсь своей работой разъяснительного направления. А в это время я мог бы, условно говоря, сидеть и работать над законопроектом. Один депутат работает с избирателями и много времени проводит в регионе, другой – делает больший акцент на законодательство, изучает новый законопроект. И получается, условно, что я, пока общаюсь с вами, не обратил внимание на три законопроекта, которые сейчас были поданы на рассмотрение в парламент. А мне, скажем, через три дня нужно голосовать по этим законопроектам. И здесь вопрос не только в распределении времени и обязанностей. Один депутат не может быть докой во всех вопросах: и в социальных, и в бюджетных, и в юридических, и в промышленных и пр. Я являюсь еще членом Совета фракции, который всегда заседает перед днем голосования. В Совет входит около 30 человек, т.е. пятая часть депутатов. Это те активные представители фракции, которые являются экспертами в определенных вопросах, могут сформировать профессиональное мнение по той или иной ситуация. Я, например, курирую преимущественно вопросы транспорта, интересуюсь иными вопросами. Относительно голосования за законопроекты и нормативные акты по транспорту, я высказываю свое мнение, по вопросам медицины свое заключение дает иной человек и т.д. После активного диалога, дебатов (это и есть демократичное обсуждении) Совет принимает решение. А вот в зале идет единое голосование. Хорошо это или плохо, решать каждой партии. Но так есть везде со своими нюансами. Я же попытался просто доходчиво объяснить основные моменты.

Олег Поплавский, директор телекомпании «Семья» (укр. ТК «Родина»): Мы знаем, что Вы дружны со СМИ. В связи с выходом на наш город, как Вы планируете выстраивать взаимоотношения с горловскими СМИ? Возможно, есть в планах покупка каналов, аренда эфиров, приобретение газет. То есть то, что делал предыдущий народный депутат. Насколько вы планируете активизировать свое присутствие в медиа-пространстве?

Игорь Шкиря: Самое лучшее присутствие в медиа-пространстве, когда ты являешься интересным для медиа, и они о тебе пишут и говорят. Это самая эффективная и сама правильная, с моей точки зрения, позиция. Можно купить канал, быть целый день у него на экране, но тебя не будут слушать, тебя не будут смотреть. Можно открыть газету, судя по практике большинства городов, а там хронология действий мэра: мэр пришел, мэр ушел, мэр посетил, мэр вручил... Никто такую газету читать не будет, хотя у мэра создастся впечатление, что он присутствует в СМИ.

Отвечая на Ваш вопрос относительно приобретения горловских СМИ, пока у меня нет таких планов. Мы сегодня собрались с вами познакомиться: не на торги, не на смотрины, не решать какие-то коммерческие вопросы. Я не бедный человек, но со времени избрания в парламент массово не платил денег за публикации или за эфиры (исключая, естественно, избирательные кампании, когда этого требует закон). При этом меня активно приглашали на эфиры все центральные каналы. Наверное, не все дело в деньгах. Лишь, наверное, в последние 2-3 года я снизил активность своего присутствия на телеэкранах. Некоторые мои коллеги по парламенту платят, но их также и смотрят.

Владимир Мамчур: То есть Вы имеете в виду, что если мы будем писать, то это будет по результатам Вашей работы…

Игорь Шкиря: Мы с вами должны разделить этапы. Есть предвыборные кампании, когда «нищие» СМИ…, я не обидно выразился?

Присутствующие журналисты: Так оно и есть. Это реальность.

Игорь Шкиря: … когда «нищие» СМИ пытаются решить свои финансовые вопросы. Это всем абсолютно понятно. Здесь главное не перейти грань, от желания пополнить свой бюджет до продажности. Главное, не перейти эту грань. Есть всеядные циничные СМИ, которым абсолютно все равно, будь ты гениальным, будь ты эффективным, но пока ты не заплатишь – ты не интересен. Я рассматриваю это как полнейший цинизм.

Но есть обычная работа. Например, работает мэр, делает для города полезные дела. Почему их не отразить в прессе? Но если он заявляет, что не заплатит деньги (например, коммунальному СМИ), если вы про него не скажите, это уже шантаж. А если он делает хорошие дела, и есть о чем говорить – пожалуйста.

Есть предприятия. Условно возьмем гендиректора. Если он делает полезные вещи, почему об этом не написать? Если он делает что-то плохо, почему бы его не показать. Если он вам платит деньги, вы его критически не покажите, потому что вы на нем цинично зарабатываете. Если у вас есть социальная ответственность, то тут же достаете микрофон и выводите его на «чистую воду». Тогда вас будут читать, смотреть и уважать.

Владислав Леошко, гл. редактор газеты «Вечерняя Горловка»: Каков Ваш прогноз на развитие политических событий до 2012 года? Будет ли укрепляться авторитет Партии регионов, или он, увы, будет заменяться где-то оппозиционными влияниями?

Игорь Шкиря: Выборы состоятся в 2012 году, как и должно было быть. На этих выборах рейтинг Партии регионов не будет на уровне 90% в Донбассе, как это было у Виктора Януковича в 2004 году или у ПР в 2006 году. Тому есть несколько причин.

Первое: тогда была иная политическая ситуация, был единый порыв, люди голосовали не только за Януковича и за Партию регионов, Донбасс голосовал за свою культуру, за свое мировоззрение и за свои ценности. Поэтому выборы, скажем, 2004 года были уникальными, и это вряд ли повториться. Второе: за последнее время прошло много выборов, было много обещаний со всех сторон. Так же было много разочарований. Люди, имея хорошую память, это помнят и еще вспомнят. Еще один момент: избираться из оппозиции (2006 год) и избираться из власти в сегодняшней ситуации – несопоставимые вещи. Разумеется, ожидания огромные, люди ждали улучшения жизни если не сегодня, то хотя бы завтра. Плюс ко всему кризис – это реальность и всемирная трагедия. И Партия регионов имеет еще одну проблему, о которой многие говорят: когда она приходит к власти, то утрачивает информационную инициативу. Это правда. А вот наши оппоненты особо делать ничего не умеют, но кричать и критиковать они могут великолепно. Есть и еще причины.

Не хочу выглядеть излишне самоуверенным, но думаю, что в Донбассе кредит доверия все равно останется самым высоким. Но для этого нужны реальные дела. А первый раз падение рейтингов мы увидели в 2007 году: формально мы выборы выиграли, набрав 34,37%, а коалицию в парламенте создать не смогли. Причина: на востоке Украине была низкая явка. Я не говорю о президентских выборах, так как там стоял вопрос ребром – или «за» или «против». Но мы увидели низкую явку и на местных выборах-2010. Это, в том числе, оценка работы местных органов власти, и нашей команды в целом. Мы это видим, мы это анализируем. Но, тем не менее, если сегодня реформы не делать – значит, расписаться в бессилии. И вопрос: а кто другой их будет делать? Кто на себя возьмет ответственность? Тимошенко? Она популистка до «мозга костей»: она будет одаривать избирателей перед выборами, не думая, что когда подарки заканчиваются, все заканчивается. То есть тенденция на сегодняшний день не очень хорошая, но уверенность в укреплении позиций Партии регионов у меня есть.

Сергей Спатарь, интернет-сеть «ПростоГород»: Как часто Вы планируете посещать наш город?

Игорь Шкиря: Если я сегодня скажу, что буду приезжать каждую неделю и заниматься только Горловкой, вы мне не поверите. И я так не скажу. У депутатов, если разложить месяц, есть четыре недели: 2 из которых – сессионные, как минимум 1 неделя – работа в комитетах, и только 1 неделя в месяц, и то не всегда, для работы с избирателями. Я работаю, и, следовательно, живу в Киеве (хотя я не стал киевлянином, и прописка у меня донецкая). Я физически не могу постоянно проживать в Горловке или Дзержинске. Но на отмеченную одну неделю для регионов могут наложиться иные события: например, съезд, собрание депутатов, командировка, выездные заседания комитетов и т.д. То есть посетить ваш город я смогу в лучшем случае, раз в месяц, с учетом, что Горловка у меня не одна.

Сергей Спатарь: Это будет как-то освещаться?

Игорь Шкиря: Обязательно! Мы будем работать открыто. Вы будете получать информацию о предстоящей рабочей поездке, будете знать примерный график посещений тех или иных предприятий, мероприятий. Следите за анонсами на моем официальном сайте. Кроме того, я хочу вас попросить, чтобы наша работа была интерактивная, чтобы вы акцентировали и указывали на проблемы города, мне нужно знать ваше мнение – где нужно какое-то вмешательство.

Зачастую, присутствует заблуждение в отношении функций народного депутата для города. Я имею большой опыт работы с избирателями, и поверьте, куда бы ни пришел народный депутат, 90 из 100 вопросов это: вода, коммунальные услуги, крыша, пенсия, забор, бабушка с дедушкой не могут провести границу между своими участками и т.д. Но это все вопросы, ответственность за решение которых лежит на мэре, депутатах районного, поселкового и городского советов. Учитывая, что времени не так много, хотелось бы сконцентрироваться на самых важных вопросах города, которые можно решить на уровне Донецка или Киева. Вот это будет конструктивная работа.

Яна Дубровина, редактор интернет-сайта «Сайт города Горловки 06242»: Какие проблемы Горловки Вы уже увидели, и решение каких можно ожидать в ближайшее время?

Игорь Шкиря:
Дороги. Не нужно смотреть и изучать, достаточно по ним проехать. Угольные объединения, проблем масса: шахты закрываются, финансирования нет, зарплата шахтеров низкая, социальные условия и т.д. и т.п. Медина: в любом шахтерском городе эта проблема существует, денег на содержание сегодняшней сети медицинских учреждений нет, поэтому приходится либо закрывать их, либо находить дополнительное финансирование – будем думать вместе. Образование: митинг 5 тысяч учителей под Донецкой облгосадминистрацией показал, что у нас в области и в каждом городе есть проблема. Проблемы экологии, проблемы химзавода.

Конечно, можно сказать, что вот приехал народный депутат, красиво выступил, с три короба наобещал. Но нужно быть реалистами: денег в бюджете нет, а первоочередные задачи – Евро-2012, реформы и т.д. Будем постепенно вычленять наиболее главные вопросы, и будем их решать. Поэтому цель номер один – консолидация депутатского корпуса и партактива для решения всех основных задач. Не будет позиции «моя хата с краю», когда я директор конкретного предприятия, и иные проблемы меня не интересуют: дайте мне мою субвенцию, дайте мне дешевый бензин, и пусть не трогают меня налоговики. Нет, не будет так. Помимо моих местечковых (на уровне предприятия) проблем, есть проблемы общегородские. И мы честно смотрим друг другу в глаза: депутаты говорят, что они решают этот круг задач, а вы, парламентарии, будьте добры, помогите нам в этом.

Никита Синицин, журналист газеты «Криминал-экспресс»: Вы говорили о низкой явке на выборах. В Горловке на местные выборы-2010 пришла буквально треть избирателей. Объяснений этому много. На мой взгляд, главное из них: неверие людей, что их проблемы может решить местная власть вне зависимостей от персоналий. Мы уже давно говорим о реформе самоуправления, о расширении полномочий на местах. Может, это поможет вернуть доверие к местной власти? Как эта реформа будет выглядеть в реальности?

Игорь Шкиря: Я по жизни и по факту либерал. Я всегда придерживался мнения, что чем меньше заорганизованности, тем больше порядка. Чем больше полномочий, тем больше спросить можно. Но у нас разные мэры, разные депутаты. Возьмем, например, Донецк. Александр Лукьянченко, я считаю, лучший мэр из всех городов Украины. И в Донецке, несмотря на проблемы, есть определенное улучшение. А если взять такие же Одессу, Харьков, Днепропетровск, Запорожье и другие областные центы. Так там ситуация в несколько раз хуже. А работают все в одинаковых условиях: с одинаковыми полномочиями или их отсутствием. Поэтому я за расширение функций местного самоуправления, но с учетом баланса – тогда должна быть и система ответственности. А зачастую бывает как? Мэр не сумел решить проблему, а к нему приходят по этому вопросу избиратели, а мэр кивает на Кабмин, Президента или Верховную Раду. Точно также порой и Кабмин не может решить какую-то проблему, и кивает на мэров. И вот когда будут перераспределены полномочия и четко определена ответственность на уровне района, города, области, то будет больше толка.

И Вы затронули тему связи действий органов местного самоуправления и малой явки на местных выборах. Нужно осознавать самим избирателям, что чем меньше людей приходит, тем выше погрешность. Тому пример город Дебальцево. Прошлый мэр-«регионал» Андрей Бондарчук был неидеален, но выше по уровню нынешнего мэра Владимира Проценко. Но Бондарчук пошел на непопулярные меры – закрыл больницы в поселке Мироновский, городе Светлодарске, сделал еще ряд ошибок, и люди ему это не простили. А популист-коммунист много чего наобещал и та малая часть пришедших на выборы, проголосовала за него (на местных выборах-2010 в г. Дебальцево явка составила 39%, за Проценко отдали свои голоса 35,7% пришедших, за Бондарчука – на 7,8%. меньше. Исходя из общего числа избирателей, фактическая поддержка Проценко составила всего 13,8%, – ред.).

Токарь Денис, директор «Радиостудии Валентина»: Что мешает сегодня партии власти построить эту вертикаль взаимоотношений в нынешних условиях, чтобы было взаимопонимание в цепочке центр – область – город, поселок и т.д.? Второй вопрос: сегодня в Горловке приняты ряд решений о закрытии детского дома, некоторых школ. Ваше мнение, как представителя власти, каких последствий еще нам ожидать от реформ, от оптимизации? Под оптимизацией я понимаю нахождение оптимальных вариантов после проведенного анализа, а не просто уничтожение того, что было создано предшественниками.

Игорь Шкиря: Мы с вами понимаем, что любую идею, в том числе и хорошую, можно исковеркать. Когда идет речь, условно говоря, об оптимизации, то оптимизировать можно за счет того, что прекратить воровство и разбазаривание. А можно пойти простым путем: закрыть больницу, школу – вот и вся оптимизация.

Что мешает? Многое. Например, мы ранее уже говорили о смене принципов выборной системы: сначала были депутаты-мажоритарщики, потом избирались от партии и связь с регионом разорвалась, то мы у власти, то мы в оппозиции. Плюс ко всему постоянно меняющиеся мажоритарные округа. Но в последний раз уже было принято решение закрепить территориальное деление округов, как это было на президентских выборах-2010, чтобы депутаты уже не дергались и могли сосредоточиться на конкретном городе и районе.

По окончанию встречи народный депутат принял участие в программе «Радиостанции Валентина».


Пресс-служба

Другие материалы по теме

РАЗВЕРНУТЬ / СВЕРНУТЬ